В кабинет естествознания Огоньков вошёл уверенно, будто к себе в комнату, небрежно сказал:

— Заруливайте, не стесняйтесь…

Ольгу опять удивил этот тихий нешкольный запах влажной земли и зелени.

— Во, дед, — громко сказал Огоньков, — октябрят на меня нагрузили! Тоже буду теперь воспитателем.

Ольга увидела старика ботаники. Он был в чёрном сатиновом халате, с маленькой пластмассовой лейкой в руке — видно, собирался поливать свои необыкновенные цветы.

Старик ботаники посмотрел на Ольгу и Светлану, улыбнулся удивлённо:

— Да мы, кажется, знакомы, верно?.. Ну, здравствуйте, здравствуйте!

— Откуда они знакомы?! — громко засмеялся Огоньков. — Это ж малышня, дед!.. Эй, а ну здоровайтесь со старшими! Я вас живо перевоспитаю!..

Было видно, что он это говорил не серьёзно, а просто так, для смеху.

— Здравствуйте, — сказала Ольга. И так получилось, будто они без Огонькова не поздоровались бы.

— Сам ты малышня! — вдруг выпалила Светлана. — Сам перевоспитывайся!..

— Ах ты, тюлька несчастная! — удивился Огоньков.

— Геня! — Старик ботаники резко поставил лейку на стол. Из неё в разные стороны выпрыгнули брызги.

— Сам ты тюлька! — закричала Светлана. — Знала я, что не надо к нему идти. Вожатый нашёлся! Растрёпа!

— Чего?

— Того! Сначала ботинки почисть, воротничок постирай, штаны зашей…

— Да я тебя сейчас!..

Распихивая стулья, Огоньков двинулся на Светлану. Зацепил курткой за стол — отлетела пуговица. Дверь за Светланой громко хлопнула.

— Геня! — На дороге Огонькова стоял старик ботаники.

— Да пусти ты!

— Куда? Зачем?! Что ты хочешь делать?..

Ольга ни жива ни мертва пошла к двери. Она видела сейчас только дверь. И хотела только одного — поскорее уйти. Хотя на самом деле ей этого совсем не хотелось.